ПРОДЮСЕР СОБСТВЕННОЙ ЖИЗНИ

0

Фото: академик, профессор, доктор технических наук Исак Лопатухин рядом со своими книгами и учебниками для студентов Техниона.

Наш корреспондент Лариса Мангупли беседует с профессором Техниона, доктором технических наук
Исаком Лопатухиным

Заказанное редакцией Интернет-журнала «Наука и жизнь Израиля» интервью мне предстояло взять у профессора, доктора технических наук СССР, избранного в 2016 году действительным членом Международной инженерной академии Исака Майоровича Лопатухина.

Я не только ничего не знала о его научной деятельности, но и вообще не была с ним знакома. Чтобы подготовиться к встрече, открыла Интернет, и поисковая строка указала мне на несколько публикаций, связанных с этим именем. Одна из них была его, авторская, которую и открыла первой. В ней мой будущий собеседник предстал не как учёный, а как человек, верный дружбе, трепетно хранящий память о своих сверстниках, с которыми прошёл по жизни десятилетия и надолго сохранил тёплые чувства к ним. А публикация эта не что иное, как многостраничный альбом выпускников 1953 года 160-ой средней школы города Баку.

Открывают альбом стихи Феликса Фишганга, одноклассника Исака. Листая прекрасно свёрстанные страницы альбома, так увлеклась, что интерес к прошлому человека, хорошо известного в научном мире, возобладал над тем, чему он посвятил большую часть своей взрослой жизни. Поэтому наш разговор с Исаком и начался с экскурса по страницам альбома. Они донесли до меня коллективный портрет, на котором запечатлены одноклассники моего собеседника – сначала совсем дети, мальчишки, чьи школьные годы совпали с самым трудным для страны временем с 1943 по 1953 годы; а потом уже – юноши, которым предстояло вступить в самостоятельную жизнь, работать или получать высшее образование. Тяжёлую ношу военного и послевоенного периода пришлось вынести не только взрослым, но и детям. И, возможно, именно то нелёгкое время сплачивало ребят, формировало в них бережное отношение друг к другу, к учителям, наконец, к традициям, которые рождались в школьных стенах.

От страницы к странице я проникалась уважением к памяти Исака, к трепетному чувству, с которым он и его школьные друзья собирали материалы для этого коллективного портрета. За лицами, документами, стихами, табелями успеваемости ребят, записками учителей их родителям, даже составом волейбольной команды и другими сообщениями виделось далёкое прошлое.

Можно было даже не задавать вопрос о том, продолжается ли дружба одноклассников спустя столько лет. О ней говорят фотографии. Вот та, что датирована 1978 годом. Выпускники встретились в родном Баку, в своей школе через двадцать пять лет с учителями и директором школы Н.К. Березиной. К этому времени двухэтажное здание школы стало четырёхэтажным. А потом встречались через тридцать, тридцать пять. Листаю альбом и нахожу письмо оргкомитета: «Приглашаем на встречу, чтобы полюбоваться друг другом и выяснить, кого куда эта большая дорога завела? Захвати с собой свои старые и новые фотографии, табели, дневники и прочие реликвии…». И вот уже, спустя шестьдесят лет после окончания школы, одноклассникам при встрече предстояло ответить на вопрос: «С позиции сегодняшнего жизненного опыта, с кем бы ты конкретно сел за одну парту?» Кто-то называет лучшего друга, кто-то понравившуюся девочку из другой школы (в то время были мужские и женские школы). Страница за страницей – и всё новые документы из прошлого. Вот гимн 160-ой школе. Слова Н. Давыдова, музыка учащихся выпуска 1965 года. Спустя десятилетие этот гимн прозвучал на торжественном вечере юбиляра, преподавателя физкультуры Михаила Израилевича Музыкантского.

— Да, — с грустью заметил Исак Майорович, — осталось нас совсем немного. Да и однокурсников нашего Азербайджанского политехнического института сегодня можно по пальцам пересчитать. Вот мне судьба дарит годы, и я стараюсь, в силу своих возможностей, не терять время — продолжаю писать научные книги, учебники для будущих специалистов в той области знаний, которой отдал десятилетия жизни.

— Сегодня немало написано книг, по которым выучилось не одно поколение выпускников Хайфского техниона …

— Мои книги стали выходить с 1998 года. Мне очень пригодились знания, полученные в бывшем СССР. Они стали основой работы в области технических наук, и обучения студентов.
— А когда Вам были присвоены звания доктора технических наук и профессора?

— Было это давно, в Москве. Кандидатская и докторская диссертации посвящены повышению удерживающей способности зажимных устройств. Вот посмотрите на этот кружок, — Исак Майорович показывает мне увесистый кусочек гранита, отливающий матово-голубыми блёстками. На нём отмечена глубина скважины и ещё какие-то цифры и знаки (по скайпу не разобрать). – Эта реликвия у меня хранится с января 1983 года. А керн этот взят из сверхглубокой скважины на глубине 11.662 метра. Бурили скважину на Кольском полуострове. Я был там при производстве этих работ, чтобы в действии наблюдать работу клинового захвата для подъёма и спуска труб, точнее – бурильной колонны. Почему? Потому что мне было интересно как бурильщики использовали наши клинья и методику расчёта по моей формуле.

— Что сегодня на повестке дня учёного Исака Лопатухина?

— В этом году на английском языке у меня вышли книги: «Свойства систем, лежащих на упругом основании» и «Установка твёрдых тел». А сейчас работаю над книгой «Введение в технологические основы автоматизированного производства». Возможно, осилю и четвёртую книгу. Естественно, пишу по-русски.

На английский язык переводит кандидат технических наук Семён Вигдорчик (США), а редактирует текст книг господин Алексей Серебренников, который в США окончил три университета.

Мои предыдущие книги: «Введение в теорию расчёта сборочных и технологических размерных цепей в производстве машин» и трёхтомник «Основы технологии производства машин» на иврит переводила моя жена, кандидат технических наук, большой специалист в области опреснения морской воды Белла Григорьевна Никомарова. Увы, она ушла из жизни несколько лет назад. Существует поверье, что беда не приходит одна – через восемь лет не стало и нашего сына Марка, прекрасного человека и инженера. Я хорошо знаю основы технологии производства машин, а он отлично знал методы их автоматизированного производства.

— Примите моё сочувствие…

— Спасибо. Свою боль заглушаю работой, которой теперь, после моей болезни, могу посвятить не более трёх часов в день. Но и этого времени хватает, чтобы держать себя в творческой форме. Правда, теперь работаю только дома, а не в Технионе. Хотя и там я двадцать лет прослужил, так сказать, на добровольных началах. Но именно там начал писать свои книги, параллельно руководил дипломными проектами студентов в колледжах. Видите ли, в штат этого престижного ВУЗа я не был зачислен, но в моём распоряжении был отдельный кабинет и компьютеры, созданы условия для того, чтобы максимально мог делиться своими знаниями и опытом. И хотя профессиональные фундаментальные знания я получил на бывшей родине, реализовать свой опыт механика и технолога наиболее полно сумел в Израиле.

— Сегодня, спустя четверть века после приезда в страну, в разных изданиях можно найти сведения о том, какой вклад Вы вместе с супругой внесли в развитие науки. На протяжении многих лет журналист Белла Кердман поддерживала связь с Вашей семьёй и не однажды рассказывала об этом на страницах израильских русскоязычных газет. Вы написали десятки научных статей, несколько книг, по которым учатся студенты ВУЗов. В одном из Ваших интервью прочитала, что Вы автор метода в области обработки алмазов…

—Да, обработка алмазов – это то производство, которое стало приоритетным в нашей стране. Мои рекомендации в этой области опубликованы в статье «Анализ процесса распиливания алмазов» на страницах журнала «Advanced Manufacturing Technology» на английском языке.

— Исак Майорович, пять лет назад Вам вручили сертификат, подписанный деканом механического факультета Техниона профессором Пинхасом Бар-Йосефом, о признании ваших заслуг в обучении и воспитании многих поколений инженеров в области технологии производства машин. Столько всего Вы успеваете в жизни! В чём черпаете силы?

— Просто все эти годы были заполнены главным – самой работой.

— О Вас можно прочитать в Международном справочнике «Кто есть кто в мире» и в других изданиях. Но это будут официальные сведения, связанные с трудовой и научной деятельностью, с открытиями в науке. А можно ли задать Вам несколько вопросов, не связанных с вашей работой?

— Задать можно, но боюсь, что ответы на них будут опять же касаться той темы, которая составляет основу моей жизни.

— Какую из черт своего характера Вы считаете главной?

— Усидчивость.

— Часто ли идёте на компромисс?

— Не так часто, но иду, если считаю это рациональным. Вообще, на компромисс идти надо. Вот если бы так поступали наши политики, то за будущее страны можно было бы не беспокоиться. Главное – безопасность Израиля. Не будет государства – ничего не будет. Но хочу заметить, что когда меня впервые привезли в Технион в 1993 году, то предупредили: «Про политику тут не говорят». Понятно, всё подчинено наукам…

— За что в своей жизни чувствуете благодарность?

— За то, что в школьные и студенческие годы повезло мне с учителями. Это были именитые педагоги и профессора, которые не выпячивали свои достижения, звания и заслуги, а все свои знания бескорыстно отдавали нам, не считаясь ни с чем.

— Если бы завтра проснувшись, поняли, что вдруг приобрели новую способность или качество, то что бы это было?

— Не знаю. Для меня наиболее важен результат от того, что делаешь, от того, что получаешь удовольствие. Я до сих пор не могу себе ответить на вопрос, правильно ли делал, когда часами сидел за столом, да и сейчас продолжаю сидеть.

— За что благодарите жизнь?

— За то, что приехал сюда, в нашу страну, где реализовал себя как специалист больше, чем это было бы на прежней родине. Там, в общем рабочем кабинете, где я сидел, был у меня стол и стул. Заведующий лабораторией сказал мне, мол, когда станешь профессором, поставим тебе кресло. Здесь, правда, ценится волонтёрство, но зато я имею в Технионе свой кабинет, компьютеры, мне были созданы все условия для научной деятельности. Вот уж полгода я не езжу в Технион, а мой кабинет до сих пор не занят. Это о чём-то говорит…

— Сегодня, с позиции своего почтенного возраста, что бы Вы сказали себе двадцатилетнему?

— Сказал бы, что почти всё в жизни сделал правильно. В институте учился на «отлично», имея хорошие знания, работал в полную силу, получал высокие должности на Азербайджанском трубопрокатном заводе и в институте. Если хочешь чего-то в жизни достичь, надо много работать.

— Ваши любимые писатели?..

— Вам покажется странным, но вот уже много лет я не читаю художественную литературу. Только научную. Много пишу сам. И, как показала жизнь, видимо, делаю правильно. Вот, например, что написал в предисловии к моей книге «Введение в теорию расчёта размерных цепей» заслуженный профессор Техниона Иешааягу Ярницкий: «… Я хочу, пользуясь случаем, поддержать профессора Исака Лопатухина, чтобы он продолжал в этом направлении и изложил письменно большие знания, которые он накопил в своей работе за прошлые годы. И я уверен, что они пойдут на пользу нашим инженерам». Я привёл Вам перевод с иврита.

— Спасибо Вам, Исак Майорович, за это интервью. У меня сложилось такое впечатление, что Вы стали продюсером собственной жизни. Желаю Вам дальнейшего успешного сотрудничества с самим собой, и чтобы в этом сотрудничестве здоровье не подкачало.

— Спасибо.

Лариса Мангупли.

 

Иллюстрация: книги профессора Исака Лопатухина в научно-учебной студенческой библиотеке Техниона.

Поделиться.

Об авторе

Лариса Мангупли

МАНГУПЛИ ЛАРИСА, журналист, член Союза русскоязычных писателей Израиля и Международного Союза литераторов и журналистов (APIA), его специальный корреспондент в Израиле.

Прокомментировать

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.