Авраам Шейнкман. Эти странные 55.

0

Фото: зимний лес в Балдоне

1 июля 1973 года
После армии Арик почти не отдыхал. Остаток июня ушел на оформление заново прописки в свою же квартиру и прочие бюрократические формальности. Квартиру нужно было отмыть, подремонтировать по мелочи, постирать занавески и портьеры, покрасить полы. Арик пару раз съездил на еврейское кладбище Шмерли, где были похоронены бабушка и дедушка, а также бабушкины многочисленные братья и сестры. Нужно было обзвонить и встретиться с приятелями. Надо было забрать у родителей свою любимую собаку по кличке Габи породы доберманпинчер и вдоволь погулять с ней по лесу на станции Бабите по дороге в Юрмалу. На это ушли три недели.

22
Возвращение на работу в колхоз было будничным и традиционным. Арик приехал к 9 утра в новую контору, чтобы наверняка застать председателя после ежеутренних планерок и разнарядок в гараже. Председатель протянул руку и сказал:

— Ну, с возвращением тебя на работу, Сашка. Садись. Знаешь, мы еще больше укрупнились, планы выполняем и штатное расписание уже другое. Пойдешь старшим зоотехником на звероферму. Там все заваливается, между нами говоря. Надо вытаскивать производство. Бригадиры не справляются. Заведующий фермой пьет, паразит, и, я думаю, ворует. Ему до пенсии два года осталось. Поэтому трогать его не будем, а всю работу буду спрашивать с тебя лично. Да, кстати, через год подашь заявление в партию. Без этого, брат, нельзя. А в армии ты не вступил случайно? Нет? Тогда возьмешь комитет комсомола колхоза тоже.

Гунта снова в декрете и работать с молодежью некому. А ты вытянешь весь воз, я знаю. Ну, Сашка, иди к диспетчеру гаража, возьми любую машину и езжай на ферму в «Дакас». Звероферма у нас расширилась, стадо песца самое большое в Латвии. Есть две новые бригады. Хозяйничай. Разбирайся неделю, а в следующий понедельник давай ко мне и расскажешь об истинном положении дел. Заместителю своему новому Дмитрию Бурому, ты еще его не знаешь, я что-то не очень доверяю как куратору зверофермы. Но он блатной, и я вынужден его терпеть пока что. Да, слушай, у нас и главного зоотехника сейчас нет. Аусма ушла на пенсию, и я пока никого не брал. Вот поработаешь с полгода, посмотрим и подумаем о твоем росте. Пока Вилнис Аужкапс назначен исполняющим обязанности. Но главным специалистом он не будет — беспартийный. А главный зоотехник — это уже номенклатура райкома партии, сам знаешь. Ну, что еще? Ты сколько получал до призыва?

— Арик ответил.

— А, ну теперь будешь получать 150 в месяц. Да, проверь в бухгалтерии сейчас же, я что-то там подписывал тебе в прошлом году, помню. Должна быть премия. Ты не получал, ты уже в армии был.

Да, Сашка, возьми у коменданта ключи от своей хибары на мельнице и можешь снова заселяться. Там без тебя никто не жил. Возьми какую-нибудь девку с фермы для уборки. Скажи, что я велел тебе помочь. В конце месяца закроешь ей какой-нибудь наряд на небольшую сумму. И расплатишься еще с ней сам и чем хочешь, сам понимаешь, не маленький. Только лучше незамужнюю позови. Сам соображай. Ты в каком звании демобилизовался?

— Арик ответил и показал военный билет.

— Ну, молодец, старший сержант. С завтрашнего дня ты — старший зоотехник. Вперед, комсомол, я на тебя надеюсь! Чуть что — звони только мне лично. Участок очень важный — пушнина. Это, знаешь, какие деньги для колхоза? На молоке и яйцах столько не заработать. Будь здоров. Я на тебя надеюсь, Сашка. Арик спустился на первый этаж в бухгалтерию. Весь ее женский персонал приветливо с ним поздоровался, а главбух, пожилая и полная Майга Гайлите, сказала:
23

— Иди к Мирдзе в кассу и получи свою премию за прошлый год. Она на депоненте. Я скажу кассирше.

— Эй, Мирдза, открой свою будку! Кассир колхоза открыла изнутри дверь в кассу и встала на пороге.

— Выплати солдату деньги с депонента, я потом подпишу расходный ордер. Солдату деньги нужны всегда. И не запирайся, выплати отсюда. Арик подождал, пока кассир нашла его бумажку, и получил свои деньги. Поблагодарил всех и пошел в гараж, находившийся через узкую дорожку напротив заднего входа в здание конторы. На машинном дворе он встретил главного инженера колхоза Виктора Захарова, почти не говорившего по-русски. Тот приобнял Арика и спросил:

— Неужели уже год прошел? Гляди, как время бежит! Сашка, с тебя причитается! Давай за горючим и ко мне в кабинет. Я позову ребят и вздрогнем. Арик взял автомашину ГАЗ-51. На ней, с трудом вспоминая как нужно ехать, добрался до гастронома «Латпотребсоюза» в центре Балдоне. Полученной премии как раз хватило на пять бутылок водки и закуску. Нагрузившись, Арик возвратился в гараж, где на втором этаже над автобоксами находился кабинет главного инженера. Туда уже подтянулись главный агроном Роберт Каулис, главный строитель Имант Вимба, начальник консервного цеха Янис Гулбис, диспетчер гаража Зайга Мурниеце вместе с мужем-трактористом Петерисом. Последним пришел освобожденный парторг колхоза Ольгерт Огриньш. Пяти бутылок водки и разговоров об армии (все ведь служили) хватило на два часа. Закуска закончилась раньше, и все вместе после выпивки отправились в колхозную столовую обедать. В этот день Арик уже не поехал ни на звероферму, ни на мельницу в служебную квартиру, а вернулся автобусом в Ригу в весьма развинченном состоянии.

3 июля 1973 года
Латвийский поляк Вацлав Язепович Щуко не любил советскую власть пассивно. И было за что. До 1940 года его семья владела тремя магазинами, отелем, торговым рядом на Центральном рынке и пятью домами в Риге. После войны Советы вернулись, и лучше не стало. Женатые дети Вацлава продолжали жить в одной квартире в бывшем своем доме на улице Валмиерас в Задвиньи, а сам он с женой и престарелой матерью проживал в новом колхозном доме на центральной
24

усадьбе колхоза «Балдоне». Никогда, ни с кем, нигде Щуко не разговаривал на тему своих потерь от действий советской власти. Ему было 63 года, и он заведовал зверофермой уже 7 лет. Сам же он эту ферму и организовывал в колхозе «с нуля». Щуко был высоким, сутуловатым, неплохо одетым джентльменом с характерным красноватым носом, что выдавало в нем любителя «зеленого змия». Говорил он тихо, вежливо, приветливо. Смотрел на собеседника умными проницательными глазами. Арику он понравился, несмотря на характеристику председателя. Щуко провел Арика по всей ферме, познакомил с каждым работником отдельно и уже в общем с ним кабинете рассказал о проблемах звероводства в колхозе и о состоянии отрасли в республике в целом. Арик вежливо слушал, хотя многое ему было известно, потому что дипломную работу в Латвийской сельхозакадемии он писал именно по звероводству, а шестимесячную преддипломную практику проходил на хорошей звероферме научно-опытного хозяйства «Кримулда». Арик любил звероводство больше, чем другие отрасли животноводства.

Вацлав Щуко выпивал ежедневно и только коньяк. За рабочий день он приканчивал одну бутылку и никогда больше, принимая «лекарство» небольшими порциями. Это не мешало ему ни работать, ни водить машину. Служебным автотранспортом он никогда не пользовался. В то время он был обладателем самой современной первой модели «Жигулей». Радиус передвижения на машине не превышал 20 км от колхоза. В Ригу, например, Щуко никогда сам не ездил — боялся активного движения и инспекторов ГАИ. Арику колхоз выделил «Москвич-412» пикап с закрытым кузовом, называемый в народе «каблучком» или «пирожком». Также за зверофермой был закреплен грузовик ГАЗ-52Б. На обе машины полагались водители, которых руководство фермы могло вызывать по необходимости. Работа на звероферме Арику нравилась. Во-первых, он занимался любимым делом. Во-вторых, все производство находилось на одной пусть и большой, но ограниченной территории, и не нужно было как угорелому носиться по всем фермам колхоза. В-третьих, достаточно было начинать работу в 7 часов утра и заканчивать ее не позднее 18 часов, кроме сезона забоя и переработки пушно-мехового сырья, когда нужно было работать круглосуточно 3 месяца подряд раз в году. Но за это давались отгулы потом. В-четвертых, можно было чередоваться с ветеринарным фельдшером и заведующим в дежурствах по выходным дням, что очень облегчало и разнообразило жизнь. Короче говоря, работы стало меньше, а зарплата больше, что не могло не радовать. В первый же день Щуко открыто намекнул Арику, что в новый коллектив нужно «прописаться». Съездив вечером в Ригу, Арик одолжил у друга Гришки немного денег до получки и выставил угощение с положенным количеством алкоголя:
25

два ящика водки и коньяк для шефа. Все 47 работников фермы с заведующим во главе расположились в здании забойного пункта, использовавшегося только в период съемки и обработки меха. Там было 14 помещений для различных технологических операций и сортировки пушнины. Вот в сортировочном зале и накрыли столы. Работницы, жившие на окрестных хуторах, принесли овощей, картофеля, мяса. Всего всем хватило. Как выяснилось, в забойном пункте имелись старые, но добротные диваны, маленький холодильник, разномастные стулья, скамьи, большие сортировочные столы, газовая плита с баллоном газа, большой шкаф с комплектами чистого постельного белья, полотенцами, салфетками, столовыми принадлежностями и посудой, старая, но работающая радиола «Селга» с комплектом пластинок, несколько ящиков пищевых консервов, крупы, горох, фасоль, запас мыла, стирального порошка, стиральная машина для спецодежды, канцелярские принадлежности, писчая бумага, бланки бухгалтерской отчетности, электролампы, свечи, примус, керогаз. Все, чтобы бесперебойно работать три месяца. Каждый специалист этой непростой отрасли знает, что от продуктивной работы в сезон обработки, сортировки и реализации конечного продукта в очень большой степени зависит валовый финансовый показатель выполнения годового плана сельских хозяйств, где есть звероводство.

Продолжение следует.

Иллюстрация: Baldone Manor — Wikipedia
en.m.wikipedia.org

Справка редактора:

Балдоне (латыш. Звук Baldone [ˈbaldu͡ɔne], до 1920 рус. Бальдон, нем. Baldohn) — город-курорт (с 1991 года) в центральной части Латвии, центр Балдонского края. До 1991 — посёлок городского типа. В 1949—1956 был центром Балдонского района; после его ликвидации, до 1 июля 2009 года входил в состав Рижского района.

История

Название Балдоне появилось ещё в средние века для обозначения слабосероводородного источника, обнаруженного в данной местности немецкими рыцарями, целебные способности которого вскоре стали известны. В начале XV столетия близ источника была возведена башня-стоянка, у которой магистр Ливонского ордена летом поправлял своё здоровье. В XVII столетии во время правления Курляндского герцога Якоба здесь расположилось первое имение. В конце XVIII столетия здесь стояло уже несколько крестьянских домов. Первую лечебницу здесь открыли в 1795 году, а двумя годами позднее курорту был присвоен официальный статус. К 1828 году число ванн достигло полусотни. Упадок курорта Балдоне начался в 1938 году, после открытия более выгодно расположенного курорта Кемери. Но Балдоне возродился в советское время, когда сюда приезжали отдыхающие из многих регионов СССР.

Население

В 1969 в посёлке проживало 1,9 тыс. жит.; в 2008 г. — 2 178 чел. Всего в Балдонской волости по переписи 2000 г. проживало 5.102 чел.; в 2009 г. — 4.970 чел. (наблюдается естественная убыль населения).

Национальный состав:

Латыши — 81,4 % (4046 чел)
Русские — 12,5 % (621 чел.)
Белорусы — 3,5 % (174 чел.)
Поляки — 1,9 % (94 чел.)
Прочие — 0,7 %

География

Балдоне расположен в 33 км к юго-востоку от Риги, в 10 км от ближайшей железнодорожной станции Икшкиле. Город расположен на возвышенности посреди лесистой заболоченной местности. Недалеко от Балдоне была некогда создана главная обсерватория АН Латвийской ССР. В советские годы появилась и промышленность: производство трикотажных и пластмассовых изделий.

Город имеет значительный рекреационный потенциал, так как ещё с XVIII века он получил известность как бальнеологический и грязевой курорт. Набор лечебных средств следующий: слабосероводородная минеральная вода для ванн, торфяные грязи. В Балдоне производится лечение больных с заболеваниями органов движения нетуберкулёзного характера, с поражениями нервной системы, гинекологическими проблемами и некоторыми другими заболеваниями сердечно-сосудистой системы при недостаточности кровообращения 1-й степени. Имеются санаторий, грязелечебница, ванное здание, водолечебница. Так как климат в районе города довольно мягкий, лечебно-рекреационный сезон продолжается круглый год. Лето в районе города прохладное (средняя температура июля около 18 °C), но и зима относительно мягкая (средняя температура января около —5 °C); осадков в год выпадает в среднем около 650 мм.

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D0%B0%D0%BB%D0%B4%D0%BE%D0%BD%D0%B5

Поделиться.

Об авторе

Александр Забутый

Академик , профессор, доктор сельскохозяйственных наук( Ph.D.Animal science); главный редактор и издатель журнала

Прокомментировать

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.