Мириам Свердлов. В ожидании счастья.

0

ДЕНЬ ОТЦА .

На неделе отмечался День отца. Я о таком „дне“ понятия не имела. Век живи и удивляйся. Но задумалась. Не скажу, что именно в этот день подумала об отце, нет: я его никогда не забываю. Я была у него поздним, послевоенным ребёнком. Когда я родилась, ему было 47. Я росла с чувством, что у меня очень старый папа. „Старый“ папа был молчалив. Он вставал ночью и поправлял одеяло мне и сестре. Он ждал меня по вечерам около дверей моей 23-й школы, когда я, активистка, выходила оттуда после собраний, кружков, репетиций. Когда мы с сестрой подросли, учились, гуляли, возвращались поздно, папа ждал нас у ворот нашего дома в любую погоду. Ему было хорошо лишь тогда, и он насвистывал что-то своё, когда все были в сборе, дома.

Он был красив, мой папа. Вернее, он был красивым человеком. Родился в маленьком городке Тукумсе, в 14 лет был отдан учиться ремеслу. Во время ВОВ был отозван из действующей армии в Москву, где работал в Кремле для правительства. Это, несомненно, спасло ему жизнь. Он отказался от предложенной квартиры в центре Москвы, вернулся в Латвию, в надежде найти свою многочисленную родню. Увы, почти никого не осталось. Несмотря на отсутствие образования, был интеллигентен, начитан и умён. Любил в свободное время читать наши учебники, особенно историю, помнил все исторические события и даты. В уме легко умножал трёхзначные числа. По профессии отец был часовым мастером, но не просто ремесленником, а мастером высшего пилотажа, в Риге считался одним из лучших. Его знали, рекомендовали. Какие только часы не проходили через его золотые руки! Уникальные музейные экземпляры, с музыкой, необыкновенным боем, с движущимися фигурками. Его постоянными клиентами были известная в те годы скрипачка Лида Рубене и её муж пианист Крамер, которые коллекционировали старинные часы. Миронова и Менакер, Райкин и многие другие известные люди, приезжая в Ригу на гастроли, обращались только к нему. Отец был личным мастером Вилиса Лациса, ездил к нему домой в Межапарк, чинил там настенные и напольные часы. Дружил с главным редактором центральной латвийской газеты „Циня“  Ринькисом, который каждую осень привозил нам огромную корзину фруктов и ягод из своего сада. (Не хвастаюсь, это всё правда, и я пишу об этом
с гордостью).

Отец был человеком необычайной доброты, скромности и порядочности. Обмануть клиента он просто не мог. Открывал часы, что-то чистил, чинил, говорил, что там ерунда, мелочь и не брал денег. Мама сердилась и выговаривала ему: „Посмотри, как твои коллеги ловко зарабатывают. Говорят, что поломка серьёзная и очень дорогая, что надо заменить деталь, которую сложно достать и что это займёт неделю. Почему ты так не можешь, у тебя двое детей, мы еле сводим концы с концами!“. А он не мог…
Когда мой папа умер, проводить его пришло очень много народу, вся улица перед нашим домом и двор были полны людей.
Отец похоронен на еврейском кладбище в Шмерли. Всегда для меня пример человека с большой буквы.

Светлой памяти. (1898 – 1964)

Иллюстрация: из личного архива автора: папа и Мира.

Поделиться.

Об авторе

Мириам Свердлов

Закончила рижское муз. училище им . Яз. Мединя , вокальное отделение

Прокомментировать

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.