Журнал издаётся при содействии Ассоциации русскоязычных журналистов Израиля ( IARJ )

Преображение: Юля из советского интерната для инвалидов стала лучшим снайпером Израиля

0

Фото: Преображение: Юля из советского интерната для инвалидов стала лучшим снайпером Израиля
vesty.co.il

Автор: Став Ифарган

Рекордсменка Израиля по пулевой стрельбе родилась с церебральным параличом и первые годы жизни, в СССР, провела в интернате, не видя свежего воздуха. Уникальная спортсменка и мужественный человек Юлия Черной — в откровенном интервью.

Историческое достижение: 42-летняя репатриантка Юлия Черной стала на днях рекордсменкой Израиля по пулевой стрельбе — как по паралимпийским, так и по олимпийским стандартам. Как девочка, родившаяся с церебральным параличом и выросшая в тяжелых условиях советского интерната, добилась таких успехов в Израиле? Юлия вспоминает, что ее детство прошло в комнате на десять человек, на третьем этаже без лифта, с четырьмя туалетами на 120 детей-инвалидов. Интервью с Юлией публикует 12 июня израильский сайт Ynet.

«Моя жизнь — не документальное кино и не реалити-шоу. Хотите узнать о ее изнанке? Кровь, тяжелый труд, слезы и пот — вот из чего она состоит, — говорит Юлия. — Давайте поговорим о том, чего я добилась, а не о том, кем я была когда-то. Я уже ничем не могу помочь той девочке, которой была. Все это в прошлом: советский интернат для детей-инвалидов, комната, где жили десять девочек. Мы видели дневной свет не больше часа в сутки, все остальное время проводили в закрытом помещении».
42-летней Юлии есть что сказать не только об успешной спортивной карьере, но и о жизни, омраченной диагнозом «детский церебральный паралич», а также об отношении израильтян к инвалидам.

Две недели назад Юлия заняла ведущее место на национальных состязаниях по стрельбе из малокалиберной винтовки на дистанции 60 м из положения лежа, уступив по показателям лишь своему тренеру. Но самое невероятное в том, что Юля побила израильский рекорд для женщин-стрелков — не только по паралимпийским, но и по обычным стандартам.

«Любому человеку важно его прошлое, — убеждена Юлия. — Я не осуждаю тех, кто за него держится. Но моя сегодняшняя миссия — помочь детям с такими же, как у меня, проблемами. Я не хочу, чтобы они пережили то, что пришлось пережить мне».
— Что вы почувствовали после своего невероятного достижения?
— Я была счастлива. Это была победа силы воли, перед которой не устоит ничто. Даже тогда, когда тебя предает твое собственное тело. Победа настойчивости и целеустремленности. Я живу с постоянной болью, но не принимаю таблетки. Если ты занимаешься состязательным спортом, тебе нельзя пить такого рода лекарства. Я могла бы выбрать жизнь без боли, однако не имела бы возможности заниматься спортом. А зачем мне такая жизнь?
— Но как такое возможно?
— Необходимо множество поддерживающих процедур. Пользуясь случаем, хочу выразить благодарность больнице «Шиба» и клинике боли при реабилитационной больнице «Реут». Человек, живущий с постоянной болью, может быть невыносимым для окружающих. Когда ты испытываешь физические страдания, тебе, прямо скажем, не до улыбок.

► Мне некогда было мечтать — я пыталась выжить

Юлия родилась в Казахстане. Из-за своей инвалидности большую часть детства провела в интернате. В 2000 году, когда ей исполнился 21 год, репатриировалась в Израиль. Она закончила университет и получила работу в Электрической компании «Хеврат ха-хашмаль», где до сих пор трудится инструктором. Через 10 лет после репатриации начала заниматься паралимпийским спортом — вначале триатлоном, затем греблей. В 2016 году приняла участие в Олимпийских играх в Рио-де-Жанейро, где вместе с Реувеном Маганджи заняла 9-е место. Лишь после этого Юлия открыла для себя стрелковый спорт.

«Почему я пришла к спорту в столь позднем возрасте? Мне некогда было мечтать — я все время пыталась выжить, — говорит Юлия. — Однажды я приняла участие в семинаре, где разбиралась концепция американского бизнес-консультанта Стивена Кови, написавшего книгу «Семь навыков высокоэффективных людей». Это изменило мои представления о многом. Я впервые задумалась, о чем я все-таки мечтаю, чего бы я действительно хотела. Тело всегда доставляло мне невыносимые страдания. Я познакомилась с ребятами, занимавшимися триатлоном, и увлеклась спортом».
Юлия быстро поняла, что оставить работу в «Хеврат ха-хашмаль» она не может — и спорт станет ее параллельной карьерой. «Я не жалуюсь, — говорит Юлия. — Я делаю то, что люблю и во что верю. Все, что мне необходимо, стоит немало денег: процедуры, различные приспособления. Даже водительские права. Когда я училась водить машину, урок стоил 80 шекелей. Но я платила 100. Почему? Потому что инвалиды платят больше. Некоторые думают, будто пособие по инвалидности покрывает все расходы. Ничего подобного. Без работы не проживешь».

— Все жалуются на то, что сложно найти спонсора в одиночных видах спорта — и не только паралимпийских. Это действительно так?
— Это зависит от вида спорта. Вы не поверите, но ни одна коммерческая компания не хочет ассоциироваться с оружием. И это в Израиле, стране, где армия играет такую роль! Но ведь я тоже патриот своей страны и достойно представляю ее за рубежом. После того как я вернулась с Олимпиады в Токио, израильская ассоциация стрелкового спорта начала искать для меня спонсора. Так до сих пор и не нашла.

Юлия критически отзывается об отношении израильтян к инвалидам. «Оказывается, инвалидное кресло вызывает больше сочувствия, чем трость, которой я пользуюсь, — говорит она. — Если у тебя нет рук или ног, тебе помогают и сочувствуют. Когда я хожу с костылем, многим кажется, что я просто вывихнула ногу. Из-за этого я постоянно сталкиваюсь с израильской бестактностью — все спрашивают, «что со мной случилось». За 18 лет жизни в СССР никто не задавал мне этот вопрос».
— Однако сегодня люди знают об инвалидах гораздо больше, чем в прошлом.- Это верно. Но все равно: израильтяне — ужасные нытики. Я росла в доме, в котором не было лифта. Израильские инвалиды иногда жалуются, что, мол, они — люди второго сорта. В СССР инвалиды были вообще пятым сортом. Жизнь людей с ограниченными возможностями в Израиле можно назвать райской по сравнению с Советским Союзом. Там я видела дневной свет не больше часа в сутки. Здесь мне тоже порой приходится подниматься по лестнице, не приспособленной для таких, как я. Я купила себе электросамокат для инвалидов, чтобы гулять с ребенком по парку. Но поднять самокат весом 25 кг по лестнице я не в состоянии.
— Разве израильские паралимпийцы не становятся национальными героями, когда возвращаются домой с медалями?
— Может быть, так к ним относятся во время состязаний. Но вскоре о них забывают. «Обычные» спортсмены становятся популярными, их всюду приглашают. К нам это не относится. При этом я не люблю, когда спортсмена-инвалида жалеют.

► Сохранять выдержку и прислушиваться к своему телу

Раньше Юлия занималась греблей
Побив израильский рекорд в стрельбе, Юлия Черной обеспечила себе путевку на Паралимпийские игры в Париже в 2024 году. Она надеется улучшить свои показатели, достигнутые на Олимпиаде в Токио. Ей не хватило всего 1,1 балла, чтобы войти в финальную восьмерку. Она заняла 14-е место из 50 участниц.
«Я была расстроена после Токио, — вспоминает Юлия. — В подготовку было вложено много сил. Но я не собираюсь сдаваться — буду тренироваться с еще большим упорством. В стрелковом спорте я с 2017 года. Это занятие требует терпения и постоянного самоанализа. Необходимо сохранять выдержку и предельную концентрацию внимания, прислушиваться к своему телу. Паралимпийцам приходится не только готовиться к соревнованиям, но и поддерживать приемлемую физическую форму практически ежедневно. Такие испытания неведомы здоровому человеку”.
Подробности на иврите читайте здесь
Перевод: Гай Франкович

Иллюстрация:  Оз Муалем Раньше Юля занималась греблей

https://www.vesty.co.il/main/article/bjy6tbqf5?utm_source=taboola&utm_medium=referral&utm_content=internal

Поделиться.

Об авторе

Наука и Жизнь Израиля

Прокомментировать

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.